Без права на жизнь

Внезапно в почтовый ящик к Лемуру на ФБ-странице «Наркофобии» свалилось письмо. Незнакомка писала: «Хочу с вами поделиться, так сказать, наболевшим. Сидела, читала группу 404, и как прорвало. Половину моих друзей пересажали. У самой — стаж, но я не считаю себя каким-то отщепенцем. В. Е.». Что ж, а далее следовал такой текст.

Наркорепрессии

Я сидела на кухне, а он соскребал с кастрюли химку и курил. Ему было чуть больше 20, а мне 13 или 14 лет. Я брала интервью у наркомана. Хотела написать статью. Хотела рассказать людям, что такие как он — тоже люди, со своими страхами, мечтами, целями и со своей любовью к жизни. Но мою статью не стали печатать, мягко сообщив, что это детская газета, и про наркоманов мы не пишем. Не пишут в детских газетах про наркоманов. Хотя эти же самые дети курят травку, спайсы, а кое-кто уже давно сидит на тяжелых наркотиках. К нам иногда приходили из СПИД-центров в школу и рассказывали, что употребление наркотиков приводит к ВИЧ. А еще негласно всем сообщалось, что наркоманы – это не люди. И в обществе бытует мнение, что они вообще не имеют права на жизнь.

Вслушайтесь: они не имеют права жить! Не имеют права! Запрет на метадоновые программы. Криминализация употребления. Уже хотят ввести уголовное наказание за символику! И это в то время, когда весь цивилизованный мир приходит к легализации марихуаны. Ученые находят все больше и больше полезных свойств каннабиса. А мы готовы убивать наркоманов. Когда сравниваешь, что хуже, пьяный в усмерть или накуренный, даже тени сомнения нет, что алкоголь приносит больше вреда и опасности для общества, чем легализованная марихуана. Ее легализация позволит вывести из оборота спайсы и соли, которые просто уничтожают, на глазах уничтожают наших детей. Они доступны, их химические составы постоянно меняются, дабы не попасть под УК. Проверки на наркотики в школах ничего не дадут. Они в основном нацелены на выявление следов каннабиса в организме, а соли, например, вообще не фиксируются в анализах. Моя подруга проходила нарколога, будучи накуренной солями. И результат отрицательный. Это одна сторона данного вопроса.

А другая сторона показывает, что нашему правительству выгоднее, если мы будем пить и терять свое здоровье. Как удачно в начале этого года снизили цену на водку. Алкоголь мы можем употреблять. Дома, на работе, в специализированных местах. А наркотики? Кто решил, что они опасны для общества? Кто решил, что марихуана – это зло? Конечно, важно разделять их по степени вреда для здоровья. Да, есть тяжелые вещества, которые вызывают зависимость, ломают человека. Но лично я знала и знаю столько человек, у которых 20-летний героиновый стаж. И это отличные люди, такие же люди. У некоторых из них есть семьи, дети. Достаток в семье. И только одно но – они употребляют тяжелые наркотики. И делают это без вреда для общества и своей семьи. Уверена, что если им помочь, то они смогут перейти на легкие наркотики. Но нет, у нас все будут до одури орать, что лучше бы пил…

Как лицемерно выставлять человека, употребляющего наркотики, недочеловеком. И вся помощь, которую он может получить в России – это попасть в секту православных. Все остальное – это череда изуверства над личностью. Никто у нас не будет жалеть проститутку, которая стоит на дороге ради дозы. Никто, ее будут бить, будут насиловать, возможно, даже убьют, но никто не будет ей сочувствовать, а тем более помогать. САМАДУРАВИНОВАТА. А теперь представьте, на минутку. Вот у нас легализовали марихуану. Народ может спокойно выращивать для себя кустик-другой на подоконнике. Уверена, что тогда исчезнет проблема спайсов и других синтетических веществ. А дальше – центры для употребления наркотиков. Где человек получит чистый шприц и помощь в случае передозировки. Введение метадоновых программ. И тогда все, кто сейчас находится в ранге «нечеловек», смогут ощутить себя людьми. А ведь именно этого чувства не хватает наркозависимым. Общество не дает им право на жизнь, криминализируя их проблемы. В них не видят людей. Осуждают. Отворачиваются.

Прозвище у того парня было Шалим. На всех его вещах красовалась его имя. Вышито или нарисовано. Он неплохо рисовал и собирал компьютеры. Он рассказывал, как сбежал из дома, когда в семью пришел отчим. Рассказывал, как он любил, как страдал, о чем мечтал. И я так прониклась историей его жизни. Я видела, что передо мной сидит живой человек, которого можно любить, с которым можно дружить. Но его квартира считалась наркопритоном, а он сам — отбросом общества. И вот его уже давно нет в живых. Его убили во время какой-то спецоперации. А он в моей памяти все так и сидит на кухне, затягиваясь горьковатым дымом.

В. Е.
Россия.

П.С. Есть что сказать по теме? Присылайте свои тексты! Ваш Лемур.


Материалы изданы и (или) распространены некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента.