Словарь современной наркополитики (выпуск 8)

Принимаются заявки на словарные статьи по малоизвестным терминам. Просто оставьте коммент к этой записи или прибегните к телепатической связи! [Если комменты отключены: Facebook, ВконтактеTwitter.] Работа наша сложная, результаты её непредсказуемы. В Афганистане и Мексике бушуют нарковойны. На бесконечных просторах России бесследно растворяются десятки тонн героина, а тем временем ФСКН рапортует о фантастическом оздоровлении нации благодаря запрету безрецептурной продажи кодеиносодержащих препаратов. Руководству наркополиции следует выйти из кабинетов на Маросейке, 12 и просто прогуляться по отдалённым районам столицы. По аптекам. По «местам скопления наркопотребителей». Не ради арестов и зачисток, а чтобы посмотреть, как живут реальные люди, какие у них проблемы. Но печень подсказывает Лемуру: генералы да майоры не пойдут на ознакомительные прогулки. В кабинетах-то поспокойнее, да отчёты начальству строчить легче. Ну, пока они отчитываются, у нас очередной выпуск самого неконгруэнтного в странах Восточной Европы и Центральной Азии наркословаря! [Все десять первых выпусков: 12345678910.]

Наркорепортёр Иштван Габор Такаш проводит тренинг по видео-активизму, организованный Венгерским союзом гражданских свобод в Будапеште весной 2012 года. «И запомните главное — в нашем деле content rules, содержание определяет форму!» — жмёт Иштван на кнопку видеокамеры.

НАРКОРЕПОРТЁР. Наверное, так можно назвать каждого репортёра или журналиста, работающего по теме наркополитики, но в данном случае имеется в виду один конкретный «Наркорепортёр»: Drugreporter.net. Удивительный по творческому порыву и простоте идеи проект создан в 2007 году по инициативе Венгерского союза гражданских свобод (HCLU). Два основных сотрудника, два действующих мотора — это Петер Сароши и Иштван Габoр Такаш. Именно они чаще всего встречаются вам то в Нью-Йорке, то в Буэнос-Айресе, то в Вене, то в Вильнюсе. Одна из главных задач проекта — информационное обозрение актуальной ситуации. «Наркорепортёр» берет интервью, задаёт вопросы на пресс-конференциях, оказывается в залах заседания Комиссии по наркотикам или других мероприятий ООН, присутствует на конференциях по снижению вреда. Из последних очень интересное видео о 10-летии декриминализации наркопотребления в Португалии (с английскими субтитрами). Есть у них и русскоязычный раздел с фильмом о московском Фонде имени Андрея Рылькова и репортажами о недоступности программ заместительной терапии в России. Первый в мире видеоблог по наркополитике на русском сделали венгры! В качестве арт-активистов они изготовили серию видео от имени фиктивного Интернационала наркобоссов. Главный хит — «Игорёчек«.

НАРКОФОН. Это не простой телефон, а тот, которым владеет аутрич-работник проекта снижения вреда. Предназначение его — вовсе не наркоторговля, как сразу подумали самые испорченные  из вас. Суть аутрич-работы в том, чтобы вовлекать уличных наркопотребителей в социальные и медицинские сервисы, выводить их из тени подполья на свет низкопороговых программ помощи и поддержки. Обычно аутричеры ходят по тем или иным местам хоть и регулярно, но не каждый день. Хорошо, если раз в неделю. Как поддерживать контакт? Вдруг кому-то потребовалась срочная помощь, или нужно принести что-то конкретное конкретному человеку. Для этого существует заветный телефонный номер на визитной карточке аутричера. Эти карточки сто раз теряются, но номер всегда один и тот же, и в конце концов аппарат звонит. «Алё, Макс? — Да! — Ну, ты подъедешь сегодня? — В полседьмого буду. — Бинтов и ранозаживляющего пластыря привези!» — примерно так выглядит типичный разговор по наркофону. Часто наркофон приносит печальные вести: «Мне щас Тарас позвонил, в больнице в приемном покое ему сказали, мол, ничего страшного в его ранах нет, и послали лечить домой. Пох, что у чела нет дома, где лечить ноги, пох, что он еле ходит, ну и конечно пох, что они дико болят. Он, короче, до места, где обитает, еле добрался. Что за люди работают в медицине?!» *

*Примечание Арсения Павловского, психолога, соцработника, аутричера: «Наркофон — это старая нокия, которая и новой стоила не больше тыщи и которой пользуются участники, не только аутрич-работники. Аутрич-работники ими пользуются, чтобы быть ближе к участникам».

НАРКОПРОСВЕЩЕНИЕ. В чём разница между пропагандой и просвещением? Как учил доктор Геббельс, лучше всего на сознание человека действует смесь лжи и правды. Это и есть пропаганда, главная задача которой — заставить вас верить в обман. «Если вы наивно считаете, что факты в истории главное, то откройте глаза: на них уже давно никто не обращает внимания. Главное – их трактовка, угол зрения и массовая пропаганда», — разъясняет нам, наивным, суть вопроса нынешний министр культуры России В. Мединский. Просвещение (иногда ещё говорят просветительство) — это ровно наоборот, факты, факты и ещё раз факты. Если вы действительно хотите разобраться в том, что такое наркотизм и наркозависимость, декриминализация и легализация, пропаганда вам не поможет, а только запутает. Пропаганда утверждает необходимость безжалостной борьбы с наркоагрессией и наркоугрозой, но никак не объясняет, почему после полувековой войны с наркотиками списки запрещённых психоактивных веществ всё длиннее, а нелегальные наркорынки всё растут. Наркопросвещение — это информация по наркополитике, факты из наркоистории, тексты из научной или художественной нарколитературы. Лишь оно способно снизить градус общественной истерии и насилия в нашем обществе, решив постепенно как проблемы наркомании, так и наркофобии.

Вот и подошёл к концу восьмой выпуск добрейшего в северном полушарии наркословаря. Кому-то он показался скучным, а кому-то смачным. Кто-то смеялся, а кто-то ругался. Но впереди нас ждёт ещё немало приключений, так что хватит валяться, вставайте и работайте. Всего бодрого! Ваш Лемур.

[Все десять первых выпусков наркословаря: 12345678910.]

Добавить комментарий


Материалы изданы и (или) распространены некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента.