Почему прозак и ксанакс нужно заменить экстази и кокаином

Марк Льюис, нейроученый, автор книги «Биология желания» и Шон Шелли, создатель первого в ЮАР центра снижения вреда, написали для Aeon небольшое эссе о том, почему общепринятые в западных обществах антидепрессанты на самом деле давно пора заменить эйфоретиками и психоделиками. Ниже публикуем полный перевод.

 

Как доктора могут облегчить эмоциональную боль пациентов? Античные и средневековые лекари открыли множество растений и выделяемых из них субстанций, которые помогали не только при физических, но и при ментальных недугах. Они едва ли проводили черту между психологическими и физиологическими эффектами от этих лекарств. В ходе скрупулезного анализа современная медицина убедилась, что болезни тела и мозга тесно связаны, но лечение психологических проблем до сих пор сильно отстает от темпов развития лечения физических — темпов, которые удвоили продолжительность жизни и неизмеримо повысили её качество.

Не то чтобы медицина совсем игнорировала психологические проблемы. Неспокойных американских домохозяек снабдили валиумом и либриумом («мамины маленькие помошники») еще в 1950-х и 1960-х. Для более серьёзных расстройств были изобретены мощные антидепрессанты и нейролептики. Но у этих лекарств обнаружились ярко выраженные побочные эффекты: эмоциональная вялость, дремота, физические ограничения. Сейчас селективные ингибиторы обратного захвата серотонина (СИОЗС) вроде прозака и золофта эволюционировали в оптимальное средство лечения от депрессии и тревожности.  СИОЗС чаще всего предписывают американцам в возрасте от 18 до 44 лет, в четыре раза чаще, чем 25 лет назад. Мы сделали высокие ставки на эти химические соединения.

Тем не менее большое количество тщательно проконтролированных исследований и метааналитических работ, использовавших их данные, обнаружили, что СИОЗС (по сравнению с плацебо) почти не оказывают эффекта на пациентов с низкими и умеренными уровнями депрессии. Их польза в борьбе с сильной депрессией остается дискуссионным вопросом, многие исследования выявляют слабый или отсутствующий эффект, и не фиксируют какого-либо влияния на тревожное расстройство. СИОЗС не лишены и побочных эффектов, включая сексуальную дисфункцию, стремительный набор веса и, что самое тревожное, суицидальное мышление, особенно среди молодых пациентов. СИОЗС не справились с заявленной ролью панацеи.

Вопрос в том, существуют ли лекарства, способные облегчать эмоциональные и психологические проблемы эффективно и надежно, не вызывая изнурительных побочных эффектов. Исторически люди полагались на способность лекарств устранять эмоциональные тревоги. В викторианскую эпоху наши предки пользовались опиатами (например, лауданумом) чтобы успокоить тревожность, меланхолию и проблемы со сном. Опиаты до сих признаются самым эффективным обезболивающим и, при некоторых обстоятельствах, средством от тревожности (например, перед колоноскопией). Коренные жители Южной Америки долгое время стимулировали свою физическую и ментальную закалку листьями коки, а в раннем ХХ веке европейцы (такие как Зигмунд Фрейд) использовали их производное, кокаин, для напряжения ума. Самоактуализация, предположительно самый ценный вклад в ментальное здоровье, на протяжении по крайней мере тысячи лет расширялась на обоих американских континентах при помощи натуральных психоделиков — пейота и аяуаски. Позже молодежь обнаружила (заново) ценность каннабиса применительно к расширению эстетических, социальных и даже интеллектуальных горизонтов.

Но эти наркотики почти повсеместно запрещены. Их использование для коррекции психологического состояния находится под анафемой в западных медицине и обществе. Они для кайфа, а не для здоровья, и их употребление встречается отрицанием и наказанием.

В общепринятом нарративе употребление наркотиков в рекреационных целях опасно: самым серьезным последствием (если, конечно, они вас не убили) является зависимость. Согласно Американской медицинской ассоциации, Национальному институту здравоохранения и другим организациям, регулярное употребление запрещенных веществ приводит к необратимым изменениям структуры мозга. Зависимых считают неспособными на нормальные взаимоотношения, слепыми к объективной реальности, не управляющими своими импульсами — этих причин достаточно для того чтобы держать рекреационные наркотики подальше как от практикующих докторов, так и от исследователей, желающих лучше понять их эффекты.

На первый взгляд, аргумент не вызывает вопросов. Но зависимость — непростая штука. Для начала, традиционно ассоциируемые с наркотиками изменения структуры мозга наблюдаются и в других сценариях повторяемого преследованиям людьми привлекательных целей — спорт, религия, бизнес, политика, романтическая любовь, даже шоппинг! Во вторых, аддикция необязательно наступает автоматически и становится хронической. Не более десяти процентов принимающих опиоидные обезболивающие приобретают зависимость (менее 1% в случае с теми, у кого не было истории наркотической зависимости до этого). А среди тех, кто приобретает зависимость, около половины избавляется от нее в течение четырех-пяти лет, а в конечном итоге это удается почти всем. Кокаинозависимые останавливаются в среднем через четыре года после первой понюшки. Те, кто ежедневно курит марихуану — в среднем через шесть лет. Вопреки распространенному мнению, большинство тех, кого называют наркозависимыми, восстанавливаются, причем в основном без какого-либо специального лечения.

Но давайте взглянем пристальнее на общественное восприятие проблемы зависимости. Доктора с готовностью прописывают анальгетики (опиоидные и нет), метилфенидат (риталин), транквилизаторы и антидепрессанты, несмотря на то, что все они вызывают зависимость. С СИОЗС (типа золофта) и анксиолитиков (типа ксанакса) сложно слезть из-за синдрома отмены. Так что зависимость воспринимается медициной как приемлемый риск. Шире, в обществе, зависимость не считается чем-то достаточно проблемным для того, чтобы запрещать алкоголь или табак, несмотря на то, что средний срок зависимости от алкоголя — 16 лет, и только половина табачных зависимых бросает в 30 лет. (Так что уж лучше бы вам быть зависимым от кокаина или травки).

Возможно самое поразительное открытие в исследованиях зависимости это то, что зависимость вообще необязательно связана с наркотиками. Множество людей развивают всепоглощающие отношения с хобби, идентичностями и даже другими людьми. Азартные игры считаются в Великобритании и Австралии  более серьезной социальной проблемой чем наркотизм. Секс-зависимость, компульсивный синдром в интернете, игромания и различные пищевые расстройства — обычные ответы на фрустрацию, одиночество и экзистенциальную неудовлетворенность, присущие современной жизни. Зависимость — часть человеческой природы. Тем не менее, когда речь заходит о наркотиках, аддикция демонизируется, а те, кого определяют как зависимых, стигматизируются, исключаются и помещаются в тюрьмы.

Преодолев мифы о зависимости, мы обнаружим совершенно новые мощности для лечения эмоциональных проблем. Есть очевидные стартовые пункты. Псилоцибин, активный ингредиент волшебных грибов не токсичен и не вызывает зависимости. Псилоцибин значительно снижает симптомы обсессивно-компульсивного расстройства. Исследования зафиксировали облегчение предсмертной тревожности, алкоголизма и депрессии псилоцибином. Но доктора не могут его выписывать.

Современное лечение посттравматического синдрома построено на воспоминании о травматическом событии и повторном восприятии страха, который оно породило. Но экстази (МДМА) уменьшает отклик миндалевидной железы на угрозу, минимизируя стресс от повторного воспоминания. Кетамин, широко известный в качестве «вечериночного наркотика», обнаружил способность надежно и безопасно подавлять депрессию после единичного приема, пускай и на ограниченное время, хотя исследования его клинической эффективности проходят крайне медленно из-за юридических препятствий.

Вместо того чтобы так сильно волноваться по поводу зависимости, которую возможно устранить при приемлемых жизненных условиях, может быть, мы должны больше беспокоиться об источниках эмоционального страдания. Депрессия не просто вредит, она убивает. Тем не менее идея выписывания опиатов, кокаина, кетамина, экстази и других нелегальных наркотиков с целью дать людям возможность почувствовать себя лучше до сих пор считается еретической. Нас беспокоит, что люди могут почувствовать себя слишком хорошо? Мы выбираем пользоваться антидепрессантами с минимальным терапевтическим эффектом, не потому, что они не генерируют зависимости — генерируют — а из-за пуританского неприятия производства незаслуженного счастья и, вместе с тем, глубоко засевшей в нас веры в то, что страдающие эмоционально люди должны просто превозмочь себя.

Зависимость это побочный вопрос. Настоящая, сложная проблема — это эмоциональное страдание. В современном мире, давление ожиданий успеха ведет к тревожности, чувству провала, вины и депрессии. Неравенство заставляет людей чувствовать себя ущербными, завистливыми и иногда отчаянными. Депрессия и тревожность — зонтичные термины, покрывающие огромное разнообразие причин и последствий эмоциональной боли.

Если мы собрались лечить психологическое страдание так же эффективно, как пневмонию или переломы, пора бы выглянуть за пределы отупляющих ум и чувства антидепрессантов и нейролептиков. Мы могли бы начать с исследования веществ, которые позволяют разным людям чувствовать себя хорошо различными путями. Освобожденные от стигмы и уголовного преследования, выведенные из подпольных лабораторий и глухих переулков, прописываемые с деликатностью и состраданием, эти вещества способны принести много пользы.

Добавить комментарий


Материалы изданы и (или) распространены некоммерческой организацией, выполняющей функции иностранного агента.